Политолог и историк Вадим Мингалёв, комментируя экстренные переговоры Дональда Трампа с Владимиром Путиным, назвал этот шаг попыткой американского лидера найти «спасительный выход» из стратегического тупика. По словам эксперта, на фоне провалов в «ослеплении» иранской ПВО, болезненных ударов по инфраструктуре США в Бахрейне и обвала нефтяных рынков, Белый дом оказался не готов к затяжному конфликту. В этих условиях Москва, по мнению Мингалёва, получает уникальный рычаг влияния.

Вечером 9 марта Дональд Трамп экстренно связался с Владимиром Путиным на фоне ухудшений позиций США в войне против Ирана. Некоторые эксперты и журналисты называют этот звонок попыткой Трампа спастись от стратегического поражения. И в самом деле, хотя президент заявил, что операция якобы проходит «с серьёзным опережением графика», а военные цели в значительной степени достигнуты, что США поразили 5000 целей в стране, что ракетный потенциал Ирана снизился до 10%, а количество запусков беспилотников из страны сократилось на 83% и т.д., однако Иран способен наносить болезненные ответные удары.

Вадим Мингалёв – историк, политолог, аналитик, геополитик, председатель правления Международного общественного движения «Открытая Конфедерация Евразийских Народов» МОД «ОКЕАН».

Так, Ираном нанесён точный и весьма болезненный удар по американской инфраструктуре в Бахрейне. Судя по всему, попадание пришлось на объект, связанный с хранением топлива. Если эти данные подтвердятся, то это серьёзная проблема для корабельной группировки, лишающейся запасов горючего.

Также, судя по поступающей информации, иранские силы уже нанесли серьёзный урон системам обнаружения США. Практически в первый же день была поражена станция предупреждения о ракетном нападении, работающая по целям на дальности до 5000 км. Были выведены из строя комплексы THAAD, несколько радиолокационных станций. Уничтожены РЛС противоракетной обороны и ПВО. Таким образом, Иран ведёт работу по «ослеплению» системы ПВО, и последствия этой «слепоты» уже сказываются: американцы лишаются возможности своевременно обнаруживать пуски иранских баллистических ракет.

У Израиля в Ливане дела также идут не очень: движение «Хезболлах» заявило, что отразило попытку армии Израиля продвинуться вглубь Ливана на юге. И эксперты сомневаются, что Тель-Авив сможет добиться какого-то перелома в Ливане, а если и добьётся, то лишь потому, что ливанская армия оказалась совершенно небоеспособна и избегает прямых столкновений. Согласно опубликованным в ночь на вторник заявлениям, «Хезболлах» провела ещё не менее семи комбинированных операций, нанеся точечные удары по местам скопления израильских сил.

Но самая большая внутренняя проблема для Трампа – что его администрация не ожидала столь резкой и устойчивой реакции нефтяного рынка, рассчитывая лишь на кратковременный рост цен в первые дни войны, однако масштаб и устойчивость реакции застали их врасплох. Иранские военные (КСИР?) объявили, что позволят проход через Ормузский пролив только тем странам, которые выдворят послов США и Израиля. Правда, около 80% иранского экспорта сырой нефти направляется в Китай, и едва ли Китай дойдёт до выдворения посла США…

Ситуация с топливом усугубляется действиями Израиля. За последние несколько суток израильскими ударами уничтожено около 30 топливных хранилищ в Тегеране и его пригородах. Очевидцы сообщают, что над столицей стоит «чёрное небо» и идёт «нефтяной дождь». Цель – возбудить волнения в стране. Дело в том, что цены на бензин в Иране субсидируются, и любое их повышение обычно приводит к волнениям и беспорядкам. Так было в 2019 г., протесты зимой 2025-2026 гг. тоже отчасти были связаны с этим. Против этой тактики выступают США, где беспокоятся, что это вызовет скачок цен на нефть. Но в Израиле уже не прислушиваются к американским союзникам, резонно полагая, что Белый дом ничего не сделает.

Политолог А. Асафов отметил, что «неуправляемый хаос», который, по его словам, США запустили на Ближнем Востоке, требует прямого диалога крупнейших геополитических акторов. По итогам беседы Путин и Трамп договорились поддерживать регулярное общение.

Впрочем, после того, как Трамп послал сигналы о том, что в скором времени может прекратить удары по Ирану и завершить военный конфликт (добавив, впрочем, что не верит в завершение конфликта на этой неделе и пообещав бомбить «на гораздо более жёстком уровне», если Иран будет влиять на поставки нефти), а также и потому, что в Вашингтоне обсуждается возможность частичного смягчения санкций в отношении российской нефти (это может быть как «широкомасштабное снятие санкций», так и, например, разрешение покупать российскую нефть без ограничений и дополнительных пошлин для определённых стран), цены на нефть резко опустились. Если утром 9 марта они превысили $110, а иногда достигали почти $119, то уже к вечеру, до сообщения о разговоре Путина и Трампа, нефть Brent стоила $99 за баррель, а после опустилась до $88,59. На этом фоне и цены на газ в Европе упали на 13%.

В то же время глава Белого дома не исключил, что поднимет вопрос о захвате иранской нефти (имеется в виду, возможно, важнейший перевалочный пункт нефти на острове Харк), а Госдепартамент продолжает эвакуацию сотрудников.

Со стороны Ирана спустя час после разговора глав России и США появилась реплика президента М. Пезашкиана: «Иран всегда заявлял о своей готовности к снижению напряжённости в регионе при условии, что [территории] наших соседей не будут использованы для атак на население Ирана». Помимо России, посредниками в урегулировании конфликта вызвались быть также Китай (заинтересованный в иранской нефти), Франция (заинтересованная в нормализации ситуации в Ливане) и некоторые другие страны. Однако Тегеран заявляет: любые переговоры о перемирии могут состояться только, если враждебные действия прекратятся.

Так или иначе, посредничество России в переговорах с Ираном (а именно об этом почти прямо говорит помощник президента Ю.В. Ушаков) может «подарить» США удобное окончание конфликта на Ближнем Востоке, который в условиях сильных ответных ударов Ирана чреват для администрации Трампа очень серьёзными последствиями, включая перспективу проигрыша ноябрьских выборов в Конгресс.

Всё это может повлиять и на ситуацию вокруг Украины. Не стоит ждать, что США прекратят поставки развединформации или продажу оружия Киеву, но, возможно, усилится их давление на Зеленского. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков уже заявил, что переговоры США, Украины и России по урегулированию украинского конфликта нужно продолжать, и американская сторона к этому готова.

В то же время есть и некоторые признаки, что ситуация может вновь обостриться: вторая иранская ракета была сбита над Турцией. Президент Турции РТ. Эрдоган предостерёг Иран от «провокационных шагов» и призвал воздержаться от любых действий, которые «бросают тень на тысячелетние соседские и братские связи».

Можно спорить, провокация это или нет, но есть основания полагать, что да: накануне Трамп звонил Эрдогану с просьбой начать войну против Ирана, но тот отказался. Тем не менее, нельзя забывать о многовековой традиции, войн между Турцией и Ираном, на чём США (и Израиль) могут рассчитывать сыграть.

Бахрейн также обвинил Иран в повреждении одной из своих опреснительных установок. И вот это уже практически наверняка провокация Израиля, как и удар якобы ВВС стран Залива по некоторым объектам Ирана.

В целом, перспектива нормализации ситуации в Иране открывает для России более благоприятные перспективы в плане решения украинского вопроса, а также в плане возобновления усилий по созданию коридора «Север – Юг» через Иран. С другой стороны, нефть подешевела, но не критично: $88-89 за баррель нефти Brent означают примерно $66-67 за баррель Urals. Так или иначе, многое будет зависеть от дальнейшего хода войны на Ближнем Востоке. Пока, несмотря на тяжёлые потери, ни США, ни Иран себя побеждёнными признавать не готовы.